Yuri
Shakhunts

Забирай ВсёTake It All

2:37 · 4K

A song about total command — not a request, a protocol. She moves through one club night: a lounge, a stage, a crowd, a dance floor, and every room gives way to her without an argument. Gold here is what that command is made of, not decoration.

Песня о полной власти: это не просьба, это протокол. Героиня проходит через клубную ночь — зал, сцену, толпу, танцпол, — и каждое пространство уступает ей без разговора. Золото здесь — материал этой власти, а не украшение.

The separate tests I ran before the main work were not for the hard things but for the visible ones: gold on skin, reflections inside dark glasses, the way silk behaves. A model gets all of that adequate on the first try, and adequate is where a frame starts to look cheap.

Отдельными пробами до начала работы я проверял не сложное, а заметное: золото на коже, отражения в тёмных очках, поведение шёлка. Модель выдаёт это приемлемо с первого раза, и ровно на приемлемом кадр выглядит дёшево.

Мы будем вечныWe’ll Last Forever

2:35 · 2K

A song about staying young for good. Youth and flight sit close together in meaning, so the video makes youth physical: a convertible lifts off a runway and never comes down. It carries them through a sunset into a night above a lit city, and nobody inside treats flying as remarkable.

Песня о вечной молодости. Молодость и полёт близки по смыслу, поэтому клип делает её физической: кабриолет отрывается от взлётной полосы и больше не садится. Он несёт их сквозь закат в ночь над городом, и никто внутри не считает полёт чем-то удивительным.

Two models in one video. One builds the world; the second takes only the shots where she sings, because it does lips better. I locked the heroine, the driver and the car as reusable elements so they survive the handover.

Две модели в одном клипе. Одна строит мир, вторая берёт только кадры, где она поёт, — она лучше справляется с губами. Героиню, водителя и машину я закрепил отдельными элементами, чтобы они пережили эту передачу.

Страх останетсяThe Fear Will Stay

3:22 · 4K

A song about learning, sooner or later, to live with your own fears. So here anxiety has a body: a small dark creature, deliberately endearing, that the hero got used to a long time ago. It plays the clarinet — the one you can hear in the track.

Песня о том, что со своими страхами человек рано или поздно уживается. Поэтому тревога здесь получила тело: маленькое тёмное существо, намеренно милое, к которому герой давно привык. Оно играет на кларнете — том самом, что звучит в треке.

Nothing like it exists, so there was nothing to reference. The creature was designed on a sheet of its own — standing, in profile, sitting clumsily, eyes and fur at macro — and only then went into a shot, where it had to hold before it went into a shot. The sheet settled the harder question: what anxiety looks like when a person has already made peace with it.

Такого существа нет нигде, референс взять негде. Я спроектировал его отдельным листом — в рост, в профиль, в неуклюжей посадке, макро глаз и шерсти. На листе решался вопрос потруднее: как выглядит тревога, с которой человек уже ужился.

ПепелAsh

3:00 · 2K

Two worlds cut against each other: a formal dinner in black tie, and a fire in the woods at night.

Два мира, смонтированные друг против друга: официальный ужин в смокингах и костёр в ночном лесу.

The song is about walking out of the polished one into the real one, so the switch between them is the structure of the video rather than a change of scenery.

Песня о том, чтобы уйти из отлакированного мира в настоящий, поэтому переключение между ними и есть устройство клипа, а не смена декораций.

I made this one before the others, and it came together easily. Generation was weaker then, so the work was finer and more manual, and the quality shows its age next to the newer pieces.

Эту работу я делал раньше остальных, и далась она легко. Генерация тогда была слабее, поэтому работа шла тоньше и руками, а качество рядом с новыми вещами выдаёт возраст.

Один в одинSame Again

3:40 · 2K

Routine as a closed loop. Live footage collides with paper, cardboard, charcoal and graph paper: reality wears through and shows the set underneath.

Рутина как замкнутая петля. Живой кадр сталкивается с бумагой, картоном, углём и миллиметровкой: реальность протирается, и под ней открываются картонные декорации.

288 shots in three minutes forty, and a torn paper seam on every join. The seam makes each cut an event and solves the hardest problem in long AI video at the same time: where a photoreal cut would expose the gap between two generations, here the gap is the language.

288 шотов за три сорок, и рваный бумажный шов на стыках. Шов делает рез событием и заодно снимает главную проблему длинного ИИ-видео: там, где фотореалистичная склейка показала бы разрыв между двумя генерациями, здесь этот разрыв и есть язык.